Фейл недели. 2019w8

Мне кажется, что главный фейл недели — только потому, что получилось без летального исхода, — это горе-мамашка, которая ни вырастить ребенка, ни удушить его в парке по-нормальному не смогла.

Что могло двигать человеком, который ребенка до шести лет растил — а потом повез в парк, надел на башку пакет, обмотал скотчем, привязал к дереву и оставил в февральскую ночь?

Наверное, произойди что-то подобное в Швеции — буча была бы года на два. Обсуждали бы все — и беспрестанно.

Фейл здесь, как мне кажется, еще и в общественной реакции на событие.

Это привело в некоторое замешательство людей — ну, разумеется, тех, которые хоть сколько-то башку из телевизора вытаскивают, — но после внимание быстро переключилось на иные темы.

Умение топить в пол тапку и не позволять ни себе, ни другим переключаться с обсуждаемого вопроса — наверное, именно это и станет одним из ключевых навыков владения информацией в двадцать первом веке. Оседлание инфопотока — это не то чтобы как Пригожин, нет. Он сделал в сущности то, что и без него общество готово делать: зарывать голову в песок и не слышать ничего, кроме вранья.

Нет, оседлать поток в наши дни — это прорубать лаву информационного шума и доносить сквозь него одну какую-то простую мысль.

Не переключаться с чудовищного преступления, которое мамашке лишь чудом не удалось, на другие миллионы микротемок. А давить, давить на тему оруэлловщины.

Мы начали собирать Оруэлловщину в своей публицистически-образовательной манере и системно только 1 января 2019. Но как историки-публицисты-хронисты и интерпретаторы мы ставим себе сейчас задачей собрать с самого начала 2011, то есть с момента первых разогревов оруэлловского полуфабриката: как мы, собственно, и погружались в оруэлловское десятилетие.

Получить эдакий хронографический роман-абсурд, состоящий из чистейшей публицистики. Не отвлекаясь на разнобой ерунды.

24 February 2019. — Saint Petersburg (Russia)